Информация для авторов
Опубликовано чт, 10/10/2024 - 16:38 пользователем Гость (не проверено).
.
Цель статьи – обойти ограничение на систематическую сверхдетерминацию ментальной причинности посредством её рассмотрения в рамках ординального натурализма Ю. Бюхлера. Наша гипотеза заключается в том, что в порядковом натурализме сознательные поведенческие акты обладают целостностью и специфичностью, при этом они связаны с другими порядками (физиологическим, психологическими, социальными), но и не редуцируются к ним, что обеспечивает сложность ментальной причинности, т.е. обладание как ментальными, так и физическими чертами и событий-причин, и событий-следствий.
В статье рассматривается проблема онтологического статуса оснований для действий (reasons for actions). Существует две позиции: согласно первой, основания для действий – желания и убеждения – являются состояниями (states) или предрасположенностями (dispositions), согласно второй – событиями (events). Сторонники антикаузального подхода верят, что основания для действий являются состояниями, и поэтому мы не можем рассматривать основания в качестве причин действий, поскольку причинная связь возможна только между событиями. Д.
Мы утверждаем, что подлинная философия морали – реалистическая, а подлинный реализм – контекстуальный реализм (к-реализм). Таким образом, мы вводим позицию контекстуального морального реализма (КМР). Это наша интерпретация морального реализма Ж. Бенуа в терминах философии позднего Витгенштейна. Структура к-реализма – структура провала между идеальным (правилом, нормой, концептом) и реальным. Это также структура витгенштейновской проблемы следования правилу. Соответственно, структура КМР – структура применения моральной нормы к реальности.
В основе типологии естественных наук лежит выделение фундаментальной и прикладной компонент. Первые составляют необходимую основу (фундамент) вторых. Развитие прикладных исследований возможно лишь на базе исследований фундаментальных. Последние 150 лет происходило ускоренное развитие прикладной науки, что не уменьшило значения ее фундаментальной составляющей для общего развития естествознания. Иная ситуация сложилась в обществознании.
Исследуется языковой аспект демонологии в «Левиафане» Томаса Гоббса. Демонология рассматривается как опасность для политической стабильности в «Левиафане». Представлены основные положения философии языка и место метафоры в политической философии Гоббса. Через понимание Гоббсом метафоры обсуждаются способы нейтрализации демонологических предрассудков в «Левиафане» и монопольное право суверена на использование метафор.
Рассматривается концептуальный для современной философской антропологии вопрос о свободе выбора. Безусловность, не являющаяся «данностью» (подобно дару жизни), «проясняется» в рефлексии принимаемого решения, этим оформляется человеческая идентичность. Эта «сублимация» имеет место не по природе, но благодаря решению индивида; безусловность есть определенное бытийное состояние. «Модусы самоутверждения» обусловлены и непрочны, безусловность исходит из свободы, трансцендентной по основе.
Лоуренс Бонжур полагает, что фаундализм – это тупик. Анализу подвергаются буквально все возможные основания базовых убеждений: экстернализм, доктрина данного, априорное обоснование. Экстернализм, в котором основные факторы обоснования привязаны к причинным или номологическим по своей природе отношениям между субъектом и миром, не может преодолеть скептицизм и является основанием для принятия убеждения как базового только для тех, кто знает об этих отношениях.
Целью статьи является критический анализ исторического опыта по формированию просветительской советской государственной библиотечной политики в 1920–1930‑х гг. и определение возможностей его современного использования. Показано, что основу этой политики составили взгляды на науку и ее популяризацию отечественных революционных демократов, а также идеи В. И. Ленина о политическом воспитании рабочего класса и развитии его политического сознания.
Появление новых каналов информации и методов распространения научных публикаций, активное развитие цифровых технологий меняют задачи, формы работы научных библиотек, которые формируют документные и информационные ресурсы и располагают богатым опытом работы в области удовлетворения информационных потребностей представителей научно-образовательного комплекса. Направления деятельности научных библиотек дополняются за счет целевого обучения пользователей основам информационной культуры.